Я работаю с керамикой интуитивно — без заданной формы, следуя жесту и внутреннему состоянию. В процессе лепки контроль ослабевает: материал и тело начинают вести диалог, из которого возникает форма.
Меня интересует глина как живое вещество, способное фиксировать память — телесную, эмоциональную, ландшафтную. Следы рук, неровности и «ошибки» становятся частью языка, через который проявляется объект.
Мои работы существуют на границе скульптуры и утилитарного предмета. Это формы, в которых соединяются тело, среда и состояние — сосуды, образы, структуры, удерживающие в себе след времени.
Я не стремлюсь к идеальности. Для меня важнее присутствие — способность формы существовать самостоятельно и наполнять пространство.