Портфолио

В прошлом году я неожиданно для себя начала учиться играть в шахматы. Без большой цели — просто стало интересно. С тех пор почти каждый день решаю задачи и разбираю партии, и постепенно понимаю, насколько эта игра глубже, чем кажется со стороны.

Параллельно у меня есть привычка разглядывать лепнину: на старых домах, в музеях, в усадьбах, в метро. Меня завораживает барочный орнамент — то, как он течёт по поверхности, создаёт объём и из архитектуры превращается почти в живое существо.

В какой-то момент эти две линии встретились. Так появилась «Русская партия».

Формы предметов напоминают одновременно шахматные фигуры, старинные кубки, церковную утварь и дворцовые вазы. Прямых цитат здесь нет — только ощущение чего-то очень знакомого, будто эти вещи существовали всегда. Чёрная глазурь собирает их в один ансамбль и подчёркивает игру света и рельефа.

Мне нравится эта мысль: культурный код не исчезает со временем, его просто нужно рассмотреть. Даже небольшое блюдо с шахматной клеткой перестаёт быть игровым полем и становится пространством выбора.

Каждая эпоха разыгрывает свою партию. А мы продолжаем делать следующий ход.

Архетипы — это попытка найти универсальный язык формы. Объекты рождаются на пересечении культурных кодов, где восточная пластика, храмовая архитектура и декоративный орнамент сливаются в единый образ коллективной памяти.

Люди — серия о внутреннем состоянии, проявленном в материале.

Форма возникает как след напряжения, жеста и памяти тела.

Каждый объект — это фигура на границе: между уязвимостью и силой, деформацией и целостностью.

Серия «Курья» исследует природную пластику речного русла — его изгибы, повороты и непрерывное движение формы. Название отсылает к старому русскому слову, обозначающему излучину реки. Каждая ваза интерпретирует один из моментов этого движения: плавный изгиб, течение или резкий поворот.

Форма объектов построена вокруг плотного рельефного пояса из переплетённых петель. Эта текстура напоминает следы водного потока, застывшие в материале, и создаёт ощущение динамики внутри статичной формы.

Объекты выполнены вручную из керамики и покрыты тёмной глазурью, которая усиливает графичность рельефа и подчёркивает архитектурную структуру поверхности. Монохромная палитра переводит природный образ в язык современного предметного дизайна.

Серия рассматривает вазу как гибрид функционального предмета и скульптурного объекта. Работы могут существовать как утилитарные сосуды или как самостоятельные пластические формы в пространстве интерьера.

Личный опыт, зафиксированный не словами, а цветом и ритмом пятен. Каждая работа складывается в эмоциональную карту, где оттенки и их наслоения становятся следами пережитого.

Цвет здесь работает как память: он хранит состояние, которое невозможно описать, но можно почувствовать. И появляется он так же, как появляется память, — в огне. Что именно выйдет из печи, зависит от температуры и времени, и повторить это второй раз нельзя.